Большое Куземкино и его окрестности. Часть третья. Прилужская.

Осмотрев военные укрепления, мы покидаем северную часть Кургальского полуострова, куда заехали ненадолго, и вновь настраиваемся на лирический лад. Заключительная часть нашего путешествия пройдет вдоль реки Луги, на берегах которой уютно расположился целый «куст» куземкинских деревень. Завершим же нашу поездку кратким осмотром самой деревни Большое Куземкино, где и началось наше путешествие.

В месте пересечения западного полукольца с соединительной веткой автотрассы «Курголовское кольцо», сворачиваем направо.

Курголовское кольцо. Соединительная ветка.

Фрагмент дороги Усть-Луга — Большое Куземкино. Нам — прямо

На этом участке дорога закладывает вираж, четко повторяя изгибы Луги.

Пока мы не добрались до ближайших деревень, самое время сказать несколько слов о дорогах. Изначально дороги Кургальского полуострова и левобережья Луги отличались весьма сомнительным качеством. Об этом говорил еще в 19 веке землевладелец Ямбургского уезда Василий Николаевич Биппен (1873-1874), по этому поводу написавший в местную Управу специальное заявление, в котором в частности говорилось:

«С введением в действие положения о Земских учреждениях, Ямбургское Земство старалось по возможности, улучшить Уездные сообщения, и поднять уровень народного образования и здравия.

Но все эти меры принимались лишь относительно Уездного материка; что же касается Луго-Россоньского Острова, то он не пользуясь ни какими улучшениями, и не ощущая никакой о себе заботливости Земства, Чувствует лишь значительное возвышение повинностей.

Другими словами, все улучшения в уезде производятся в значительной степени и на счет заброшенного и забытого острова, который почти вовсе не пользуется плодами этих мероприятий.

Такое забвение потребностей Луго-Россоньского Острова часто объясняют отдаленностью его от г. Ямбурга (центра нашей интеллигенции), вследствие которой будто бы и самые жители Острова отстали в своем развитии от обывателей Уездного материка.

На это, однако же, можно возразить, что:

1) Задача Земства состоите в приближении к Уездному центру, при помощи и благоустроенных путей, именно отдаленных местностей, а ни как не тех, которые, по топографическому своему положению, в таковом приближении вовсе не нуждаются. Вообще уравнение жизненных условий в разных местностях, бесспорно, составляет общее, децентрализационное стремление нашего времени.

2) Если население острова, по заброшенному его положенио, менее развито, то и следует озаботиться о развитии именно этого населения, а вовсе не того, которое и без этого справится

3) Не следовало бы развитому населению эксплуатировать неразвитое и устраивать свои дела на счет последнего.

Выразив Убеждение о необходимости сближения нашего острова с остальными местностями уезда, как в интересах торговли, так и народного благосостояния вообще (понимая в том числе и народное образование и медицинскую помощь), я полагал бы, что ближайшим путем к достижение этой цели послужил бы перевод из проселочных в разряд Уездных Пути от селения Липово Мимо деревни Выбья, Мызы Преображенской, Полумызков в  Ольгино и Струпово, В село Куземкино с ветвию от Струпово к Морскому берегу, представляющую ближайшее летнее сообщение с Эстляндскою губ. И г. Нарвою западнобережного населения острова.

Излишним считаю упоминать, что в случае принятия этого проекта, обывателей острова следовало бы освободить от участия в содержания уездных путей на соответствующее число верст.

Представляя настоящее соображение на усмотрение Уездной Управы, Долгом считаю присовокупить, что не имея чести, принадлежать к числу представителей Уездных интересов, ни, даже какого либо права претендовать на благосклонное внимание к моему ходатайству как к мнению частная лица, я не счел бы возможным утруждать Управу Настоящею просьбою, если бы не мог сослаться на следующие обстоятельства:

  • Что в делах общественных важно не то, кем сделано предложение, а то лишь, насколько оно полезно или применимо;
  • Что Приведение в действие изложенных мною предположений, сколько мне известно, будет встречено Островским Населением весьма сочувственно, в чем Управа Легко могла бы убедиться, если бы сочла возможным передать эти предположения на заключение Наровского Волостного Правления Или Схода;
  • Что Устройство предположенная мною пути, представляя Благодеяние для местных жителей, в тоже время строго соответствует требованию закона как отнесение к числу уездных дорог соединительного пути между торговым и промышленным пунктом (с. Куземкино) и местами пристаней (Струпово, Ольгино, Преображенская, Остров, Усть-Луга и Липово), а равно пути между этими пунктами и административным центром (Венкуль).

Далее Управа выразила свое отношение к ходатайству помещика:

Дороги, перечисления коих в разряд трактовых, просить Г. Биппен, имеют протяжение до 30 верст ‘и удовлетворение сего ходатайства постановить Земство в необходимость, сделать значительный затраты как по устройству вновь полотна дороги, так и мостов.

Заявление Г. Биппена поступило в Управу 11 сентября сего года, почему Управа не имела достаточно времени собрать необходимые сведения о значении вновь проектируемых дорог, почему и не находит возможности высказать своего мнения по сему предмету. В виду сего Ямбургская Уездная Земская Управа имеет честь покорнейше просить Собрание, если заявление Г. Бпппена будет признано заслуживающим уважения, то избрать особую Комиссию, которая совместно с Управою дала бы свое заключение о значении вышеозначенных дорог, о средствах потребных для устройства их и об источниках, из коих можно бы было покрыть эти расходы.

По прочтении Доклада Управы по предложению Землевладельца В. Н. Биппена О перечислении проселочных дорог: от деревни Липова Чрез дер. Выбью, Мызу Преображенскую, полумызок Ольгино и дер. Струпово до деревни Куземкино и от деревни Струпово до Морского Берега в разряд трактовых дорог. Гласный Крестьянин деревни Струпово Д. А. Стюф заявил, что на всем означенном протяжении дорога очень хороша за исключением той ее части, которая пролегает чрез земли Г. Биппена. В Виду этого, а равно и доклада Управы о том, что она не имела времени собрать необходимые сведения по этому предмету, Собрание постановило: поручить Управе Обсудить основательность заявлены Г. Биппена О возможности исполнить его ходатайство, собрав предварительно необходимые сведения.

Видимо, обсуждение если и состоялось, то значительного эффекта не дало, так как посредственное состояние местных дорог, являвшихся грунтовыми, сохранялось вплоть до конца тридцатых годов 20 века, когда в рамках военного строительства все ключевые транспортные артерии получили единое оформление в виде «каменной одежды». В таком виде они пережили войну и сохранялись до середины 70-х годов, когда был заасфальтирован отрезок дороги от Таллинского шоссе  до Куземкино.

Ну а мы быстро убеждаемся, что под нашими колесами – не грунтовки времен 19 века, а вполне современный асфальт, едем по шоссе параллельно Луге.

На пути к ближайшей деревне – Струпово – можно свернуть по одной из грунтовых тропинок к Луге, дабы полюбоваться речными пейзажами.

Река Луга. Нижнее Прилужье

Река Луга. Вид на противоположный берег со стороны бывшего полумызка Ольгино

Река Луга. Нижнее Прилужье

Вид на Лугу в сторону мызы Преображенской

Река Луга. Нижнее Прилужье

Небольшой привал на берегу Луги

Некогда у здешних берегов реки располагался полумызок Ольгино (Ольгина пустошь), относившийся к уже знакомой нам Ропшинской мызе барона Клементия Клементьевича де Боде. По состоянию на середину 60-х годов 19 века Ольгино (Ропшинский) имело статус владельческого полумызка, общей площадью 805 саженей. На них размещался 1 двор, в котором проживали 2 мужчин, 1 женщина. Видимо, этот двор был постоялым, поскольку на полумызке располагался Питейный дом (Список населенных мест 1862, Дорогин. 1867).

Впоследствии он стал обозначаться «мыза Ольгина товарищества крестьян деревни Новая». Сама деревня располагалась на противоположном берегу. Сейчас ее от нас отделает небольшой остров, словно тромб сужающий русло реки в месте ее изгиба.

Река Луга. Нижнее Прилужье

Небольшой остров загораживает от нас противоположный берег. Когда-то за ним располагалась деревня Новая (ныне — урочище)

Отсюда же видны остатки Отводного канала, отпочковывающегося от Луги и врезающегося в сушу в районе околицы деревни Струпово.

Река Луга. Нижнее Прилужье

Вид на Лугу в сторону деревни Струпово. На околице деревни берет свое начало Отводной канал.

Сама деревня располагается на излучине Луги в месте ее наибольшего изгиба. Фактически, это самая западная часть реки на всем ее протяжении, если посмотреть на карту.

Сейчас уже неясно, откуда произошел этот топоним.  Согласно одной из версий название деревни произошло от фамилии землевладельца Струппе, которому принадлежали ближайшие земли.

Деревня Струпово. Нижнее Прилужье

Въезд в деревню Струпово.

Согласно другим данным деревня когда-то называлась «Стругова». Можно предположить, что такое название связано с тем фактом, что здесь когда-то жили мастера корабельного дела («струг» — старинное речное деревянное плоскодонное судно). В те времена был прорыт на деревенской околице Отводной канал, который сейчас считается протокой. По этому каналу в Лугу могли проводиться суда-струги, построенные на местной судоверфи.

Струг

Струг. Картина голландского художника Абрахама Сторка 1696 г. Похожие суда могли производиться местными нижнелужскими умельцами.

Существует старинное финское название деревни « Кирппусаари»- «Большой остров». Вероятно, такое название было дано деревне еще в те времена, когда Луга текла через нынешнюю заводь, протоку. Местные жители называли деревню «Струпало». В ней жили в основном финны.

Визитной карточкой деревни надолго стал местный Лесопильный завод. По-другому и быть не могло: деревня стоит на реке недалеко от устья, вокруг ее окружают обширные лесные дачи. Открытым остается вопрос о дате начала работы завода. Согласно «Описанию СПБ губернии» 1838 г. в деревне, принадлежавшей Коллежскому асессору Митрофанову, проживало 27 мужчин и 34 женщины. Упоминания о Лесопильном заводе нет. Совершенно иную картину рисуют нам данные 1862 г. (Список населенных мест): появляется Паровой лесопильный завод, а количество проживающих резко возрастает — 139 мужчин, 125 женщин. По состоянию на середину 60-х годов 19 века паровой лесопильный завод   принадлежал компании «Сименса и Гальске» (будущий всемирно известный «Сименс»), на котором трудились 42 рабочих. В деревне появилась мелочная лавка, а чуть позже – училище, в котором обучалось «мальчиков 29, девочек 20». (1909).

 Сохранились документы о том, что в 1856 г. крестьяне деревни Струпово подали предводителю Ямбургского дворянства жалобу на действия помещицы вдовы полковника А.Ф Биппен, на «стеснительный образ управления и отнятие якобы принадлежащей крестьянам земли под постройку собственного дома». Ямбургский предводитель дворянства барон Врангель провел расследование и установил, что полковник Биппен взял под постройку дома по праву владельца совершенно неудобную для крестьян землю, поэтому жалоба крестьян не справедлива. В земский Ямбургский суд были вызваны крестьяне и помещик. После увещевания словесного 13 самых дерзких крестьян, чьи речи не понравились Врангелю, были наказаны розгами. Под надзором их отослали в вотчину. В своих комментариях Врангель отмечал уже знакомый нам дух своеволия крестьян помещика Биппена и других, живущих по соседству: уж больно сильным было желание крестьян выйти из-под помещичьей власти.

Процесс перехода Струповских земельных владений от дворянских семей к крестьянам и фабрикантам начался во второй половине 19 века. В 1867 г. крестьяне Кирьямовского сельского общества селений Кирьямо и Струпово Лужицкой волости воспользовались своим правом при помощи правительства приобрести отведенные им по уставной грамоте земли и угодья у ставших к тому моменту владельцами деревни представителей уже знакомого нам рода де Боде. Струповские крестьяне выкупили 82 дес. 179 саж. (с учетом кирьямовских земель – 205 дес. 700 саж) земли при помощи государственной ссуды размером 8705 рублей 86 коп. В 1881 г. Капитальный долг составлял 3585 руб. 86 коп, выкупной платеж 181 руб. 16 коп., Специальным указом годовая сумма специального понижения выкупных платежей составила 118 руб. 80 коп.

Титульный лист уставной грамоты ,выданной крестьянам селений Кирьямо и Струпово.

Титульный лист уставной грамоты ,выданной крестьянам селений Кирьямо и Струпово. РГИА.Ф.577.Оп.35.Д.1418.

К 1905 году от дворянского присутствия в Струпово не осталось и следа: согласно Памятной книжке СПБ губернии среди владельцев земель числились Аганен Степан Кузьмич. совладелец лесного участка деревни Струпово, 100 десятин; Иванов Калина с совладелец мызы Ольгино, 301 десятина; Кирьямовское Товарищество из 38 домохозяйств лесная дача Струповская 338 десятин; Лейтцингер Иоахим Матвеевич, швейцарский гражданин, участок деревни Струпово 38,5 десятин; Общество крестьян деревни Кирьямо с отрезом земли от деревни Струпово, 234 десятины; вдова помощника метрдотеля царского дворца Пелагея Ивановна Рейхард и купчиха Яковлева Александра Ивановна, лесная дача Струповская 468 десятин.

Фото из собрания Куземкинского краеведческого Музея.

Струповский рабочий люд. Фото из собрания Куземкинского краеведческого Музея.

Таким образом, начало 20 века Струпово встретило в качестве локального судостроительного и лесопромышленного центра левого берега Луги. К тому моменту здесь работала судоверфь, на которой строили лодки, действовал лесопильный завод, которым владела уже английская фирма «Дикс и Линде». Она занималась закупкой опор для английских шахт. В зимнее время готовили бревна недалеко от берега р. Луги, а летом сплавляли их в сортировальный пункт. Один из таких сортировочных пунктов находился на реке Мертвице в Большом Куземкино, примерно в 400-500 м. от устья реки. На околице же самой деревни Струпово был прорыт уже упоминавшийся Отводный канал, по которому в реку Лугу проводили суда-струги. Помимо этого, к началу 20 века Струпово обзавелось двумя ветряными мельницами. Уже тогда здесь работали школа, клуб и магазин. Казалось бы, деревне предстоит дальнейшее процветание. Но случилось иначе…

В годы гражданской войны Струповский завод был частично разрушен. «Мелиоративное общество», организованное в деревне Новая, собрало средства на восстановление его завода. Однако постановлением ВСНХ РСФСР от 25 марта 1920 г. завод был национализирован и передан в подчинение отдела местного хозяйства исполкома Кингисеппского уездного Совета, а в 1926-1927 гг. — в ведении промкомбината исполкома Кингисеппского уездного Совета. К началу 30-х годов на заводе, обслуживавшем судоверфь, работало около 70 человек.

Работники Струповской судоверфи и завода. 1931 г. Фото из собрания Куземкинского краеведческого Музея.

Работники Струповской судоверфи и завода. 1931 г. Фото из собрания Куземкинского краеведческого Музея.

По имеющимся сведениям в 1941 г. завод был уничтожен отступавшими советскими войсками, и с тех пор не восстанавливался. Сгорела судоверфь, и другие постройки, находившиеся между Струпово и поворотом на Кирьямо, на месте полумызка Ольгино, куда мы недавно заезжали. С тех пор Струпово до конца так и не оправилось от разрушений, попав в число неперспективных, удаленных от центра населенных пунктов. От некогда внушительной деревни осталось всего несколько домов. И лишь в новейшие годы рядом с немногочисленными старинными постройками стали соседствовать современные дома дачников…

От Струпово до Большого Куземкино — рукой подать. Но прежде, чем вернуться в исходную точку нашего путешествия, сделаем еще один небольшой крюк и, следуя указателю, заедем в весьма примечательную деревню — Малое Куземкино. В самом деле: не у каждой деревни есть свой гимн, не о каждой написаны стихи и не в каждой установлены памятные доски известным людям!

Малое Куземкино

По дороге от Струпово до Большого Куземкино свернем налево

Деревня Малое Куземкино, как и многие ее нижнелужские соседи, раскинулась прямо вдоль реки. Это тот редкий случай, когда дата основания населенного пункта может быть установлена достаточно точно. До 1887 г. на месте деревни стояли отдельные хутора. Все изменил пожар, лютовавший в Куземкино в 1887 году. Плотная застройка привела к тому, что стихия уничтожила немало домов. Дабы упредить повторный ущерб, Ямбургское земство разрешило двум десяткам куземкинских домовладельцев переселиться двумя километрами ниже по течению Луги и образовать новое поселение. Именно с того времени обе деревни получили свои нынешние топонимы — Большое и Малое Куземкино. Как и Струпово, Малое Куземкино располагается на самом изгибе реки, за что первоначально и получила свое неофициальное прозвище — «Кривульки». Помимо этого с берега деревни открывается красивый вид на противоположный правый берег, резко вздымающийся вверх и увенчанный стройным сосновым бором. Сейчас возвышенность правого берега хранит следы значительных лесных вырубок, а когда то было излюбленным у местных жителей для сбора грибов и ягод. А береговые пески, за день накапливая солнечное тепло, отдавали его по ночам, создавая особый микроклимат на побережье. Это позволяло выращивать на открытом грунте даже теплолюбивые культуры.

Алексей Данилович Леонов. Деревня Малое Куземкино

Писатель Алексей Данилович Леонов — самый известный человек в истории деревни Малое Куземкино

Практически все жители деревни были рыбаками, некоторые из них славились своим умением строить рыболовецкие лодки. Большинство из них так или иначе были связаны с работой на семью помещиков Байковых, о которых речь уже шла в первой части нашей поездки…

В дальнейшем Малое Куземкино прошло все те же этапы, что и соседние деревни: коллективизацию, ужасы войны, депортацию в Финляндию и трудное возвращение в родные края, тяжелый период послевоенного восстановления. Однако и у этой деревни нашлась своя изюминка. В начале 70-х годов дачей обзавелись ленинградские писатели Алексей Данилович Леонов и Михаил Иванович Демиденко, увековечившие в своих произведениях память о деревне. А их гости, поэты и прозаики, в свою очередь, не могли не отдать должное красоте здешних мест.

Алексей Данилович Леонов. Деревня Малое Куземкино

На одном из домов в Малом Куземкино, где жил Алексей Данилович Леонов, установлена памятная доска.

Продолжая движение вдоль реки, мы выезжаем из деревни и попадаем на территорию бывшей фермы. Когда-то здесь, между деревнями Большое и Малое Куземкино, находился хутор Горячевка, состоявший из нескольких домов. Название свое, по мнению местных жителей, он получил по прозвищу одного из домовладельцев хутора, имевшего очень горячий нрав. В 1930-е г.г. хутор был ликвидирован, жители были расселены по ближайшим деревням. Сейчас на месте хутора лишь комплекс заброшенных «сельскохозяйственных новоделов».

Вновь выехав на главное шоссе, мы описываем небольшую дугу и въезжаем с северной стороны в Большое Куземкино.

Большое Куземкино. Въезд в деревню

Въезд в Большое Куземкино. Северный(финский) конец деревни встречает нас крутым поворотом шоссе.

Северная часть деревни — финский конец — считается наиболее древней. Сейчас дома по обе стороны стоят ровно в ряд, а когда то эта часть деревни отличалась более хаотичным расположением домов. Однако неоднократные пожары сделали свое дело. Северная часть деревни служила одной из двух точек притяжения. В 1914 г. здесь было открыто новое почтовое отделение. Размещалось оно в кирпичном здании в том месте, где дорога поворачивает на Струпово. Напротив этого же места долгое время действовала паромная переправа. Фактически это был наиболее удобный способ связи деревни и прилегающих окрестностей с Ямбургом и Нарвой. Кроме того, местным жителям необходимо было переправляться на правый берег Луги, ибо там находились «градообразующие куземкинские предприятия» — кирпичный и лесопильный заводы А. Байкова, на которых работали 92 и 31 рабочих соответственно.

Куземкинская паромная переправа.1906 год.

Куземкинская паромная переправа. 1906 год. Из фондов Куземкинского краеведческого Музея.

Имея немного воображения, легко себе представить как преображалась жизнь деревень Нижнего Прилужья с открытием навигации. Погрузка строительных материалов, и прежде всего, сплав леса, требовала притока рабочей силы. Как правило, лес и дрова сплавлялись  россыпью до деревни Федоровка, а оттуда, уже лес в плотах, гнали по Россони в Нарову. Таким образом, для лесной торговли, которая являлась исключительно важной в данной местности, главное значение имел не столько морской участок реки Луги, сколько река Россонь, служившая соединительным путем между Лугой и Наровой. Лес, сплавляемый по Луге и Нарове, большей частью шел заграницу.

Сплав леса по реке Россонь. Деревня Ванакюля.

Сплав леса по реке Россонь. Деревня Ванакюля. Фото из архива Куземкинского краеведческого Музея.

На участке Луги между Ямбургом и устьем в больших масштабах практиковалась рыбная ловля при помощи устроенных в реке заколов (коз). Рыбная торговля хотя и была довольно значительной, но рыба доставлялась, главным образом, зимой гужем на железную дорогу, а летом перевозилась на мелких судах по Россони и Нарове в Нарву.

Вовсю функционировала местная переправа через Лугу, которой пользовались многие жители, ехавшие в Ямбург и Нарву. Для этих целей нанимался  платный перевозчик, в ведении которого имелся паром для перевозки гужевого транспорта и грузов, а также лодка для перевозки людей.

Вообще же следует подчеркнуть важность лужских переправ, которые в отсутствии постоянных мостов несли основную нагрузку при перемещении людей и грузов с одного берега реки на другой. Особенно это было важным для левобережной части Луги, фактически представляющей из себя «Луго-Россоньский остров».

В середине 19 века главной переправой считалась ямбургская, где помимо паромов и лодок летом наводился плашкоутный мост. Помимо этого переправы существовали в деревнях Поречье, Пулково, Струпово, Коровино и Остров. Как правило, они представляли собой плоты на веслах и канатах. За исключением ямбургской все указанные переправы устраивались и содержались местными обывателями.

Впоследствии после проведения земской реформы содержание переправ стало заботой местных властей, заключавших соответствующие договоры с организаторами переправ. В частности, в 1872 г. «содержалось всего 5 переправ на паромах: чрез Лугу с платою от Земства при дер. Сабск 30 руб., при мызе Мариенгоф . 60 руб., при дер. Куземкино 25 руб. и с платою в пользу Земства при Дер. Поречье 30 руб., через реку Россонь при деревнях Венкуль и Саркуль с платою от Земства 15 р.». Как видно, к началу 70-х годов в Куземкино уже существовала своя переправа. Более того, в том же году «в Наровской волости при деревне Куземкино на переправе через реку Лугу построен паром за 30 руб., для него же был куплен канат за 35 рублей…».

К тому моменту Ямбургская Земская управа содержала четыре паромных переправы, три из которых — в Сабске, Сала и Венкуле – были сданы на однолетний период, а в Куземкино — на трехлетний срок. Содержателям переправ было предоставлено право взимать по таксам установленный сбор с проезжающих и проходящих, с обязательством в Куземкино и Венкуле производить переправу на земских паромах и канатах с обязанностью осенью втаскивать на берег, а весною спускать на воду и сохранять зимой канаты. Приплата от земства содержателю куземкинской переправы составляла 25 руб. в год. (1872).

Постепенно куземкинская переправа получила свою строку в местном бюджете. В частности, в 1880 г. на нее было потрачено:

 Железа для нового парома – 5 руб. 51 коп

За бревна для парома длиною 5 саж. Толщиною 5 вер  — 81 руб.

За работу плотником – 49 руб 83 коп

Канат с доставкой – 71 руб 43 коп

Жалованье перевозчику – 24 руб.

За сбор старого парома – 10 руб. 35 коп»

В 1903 году в докладе «Ямбургской земской Управы очередному земскому Собранию» в разделе «Дорожная часть» вновь нашлось место куземкинской переправе. Местный Крестьянин Карп Федоров, взявший на себя ее содержание за годовую плату в 80 рублей, обратился к Управе с просьбой ходатайствовать перед Земским Собранием об увеличении ему годовой платы до 130 рублей. В своем обосновании Федоров указал, что «…возросли расходы по спуску парома на воду и поднятию его на берег, а также на то, что в текущем году … принужден был купить лодку, за которую уплатил 40 рублей и, наконец, на то, что в этом году езда на пароме началась около одного месяца ранее обыкновенного». Примечательно, что при обсуждении этого вопроса в Управе было решено не поддерживать этого ходатайства. Тем не менее, по мнению заведующего дорожной частью, ходатайство это следовало удовлетворить в виду того, что:

Работа перевозчика чрезвычайно тяжелая, так как он всегда днем и ночью должен быть наготове и на зов с другого берега являться на перевоз, вследствие чего он принужден проводить круглые сутки на воздухе, что весьма тяжело в холодные осенние ночи;

Плата в 80 рублей, из которой он должен нести расходы по спуску и поднятию парома, весьма невелика за весь летний период, продолжающейся около семи месяцев;

Плата другим перевозчикам гораздо выше, так, сальский перевозчик получает 150 руб., а венкульский 120 руб.; прежняя же плата куземкинскому перевозчику была 150 рублей».

Судя по всему, просьба была удовлетворена, так как в отчете управы за 1903 г. жалованье перевозчику в Куземкино обозначено в  150 рублей. Возможно, в пользу Федорова сыграло и то, что он много лет содержал паром, и на него никогда не было жалоб со стороны проезжающих.

План деревни Большон Куземкино. 1930 г.

На плане деревни Большое Кузёмкино от 1930 г. хорошо видно наличие паромной переправы. Производственное объединение «Геокартпром» Военно-Топографического Управления ГУРККА. — http://www.mapywig.org

По некоторым сведениям паром работал до 1934-1935 годов, когда был построен мост, разрушенный при отступлении советских войск в 1941 году. В 1944 г. в районе деревни вновь появился мост, просуществовавший на сей раз до весны 1951 года, когда его унесло весенними лужскими водами. С тех пор в районе Куземкино мосты не восстанавливались. Новый мост через некоторое время появился в Усть-Луге, сохранившись до наших дней. Видимо, несчастливыми оказались куземкинские берега для инженерных сооружений…

Переправа через Лугу в Большом куземкино.

Переправа через Лугу в 50- е г.г. 20 века. Моста уже нет.

Углубляясь в деревню, можно увидеть сохранившиеся до сих пор, хотя и в перестроенном виде, старинные дома…

Деревня Большое Куземкино. Кингисеппский район.

Старинные куземкинские дома

Деревня Большое Куземкино. Кингисеппский район.

Некоторые из них представляют собой симбиоз старого и нового…

Где-то за одним из них прячется устье уже знакомой нам реки Мертвица.

Река Мертвица

Мертвица — вечный спутник Куземкино…

Если незадолго до кладбища свернуть направо, то выехав к задней части деревни, можно попробовать поискать еще один объект Куземкинского батальонного сектора обороны — ДОТ №116. Дело это непростое, так как летом его достаточно прочно от посторонних глаз укрывает обильная растительность.

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

За густыми зарослями второстепенной дороги нелегко разглядеть ДОТ №116. Настоящий мастер маскировки!

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Вблизи уже видна часть корпуса железобетонной коробки

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Но даже подойдя вплотную, нелегко сделать панорамный снимок огневой точки…

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Разве что верхняя часть ДОТа видна получше…

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

На крыше ДОТа…

ДОТ №116. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

С крыши ДОТа едва видна дорога, по которой мы приехали

Вернувшись на шоссе, практически сразу же слева показывается местное кладбище. Традиционно это столь же печальное, сколь и интересное место для совершающих полевые поездки. При входе посетителей встречает братская могила советских воинов, а также установленный в 1995 году  памятник репрессированным местным жителям как печальный отзвук эпохи 30-х годов…

Большое Куземкино. Местное кладбище.

У входа слева располагается братская могила павших воинов

Большое Куземкино. Местное кладбище.

У могилы — всегда цветы

Большое Куземкино. Местное кладбище.

Напротив братской могилы — памятник жертвам политических репрессий

А если походить по кладбищу, то можно найти весьма интересные и почтенные кресты.

Большое Куземкино. Местное кладбище.

Одно из свидетельств вековой истории Нижнелужья — каменные кресты.

Большое Куземкино. Местное кладбище.

Каменные кресты на местном кладбище

Большое Куземкино. Местное кладбище.

Поросший мох красноречивее говорит о возрасте, нежели морщины на лице человека…

Большое Куземкино. Местное кладбище.

Встречаются и изящные кресты в металлическом исполнении

Чуть впереди по другую сторону дороги прячется небольшая симпатичная Никольская церковь (Церковь во имя Святителя Николая Чудотворца), возведенная уже в новейшее время.

Церковь во имя Святителя Николая Чудотворца в деревне Большое Куземкино

Церковь во имя Святителя Николая Чудотворца в деревне Большое Куземкино

Никольская церковь (Церковь во имя Святителя Николая Чудотворца). Большое Куземкино.

Напомним, что до революции в Куземкино не было своего храма, лишь небольшие часовни. В середине 19 века на местном кладбище уже была часовня. В начале 20 века на смену прежней пришла новая небольшая часовня, с красивым куполом, фасад которой украшали овальные окна. Строил ее Давид Сакланти из соседней деревни Ропша. По архивным сведениям ее разобрали в 1933 г.

Еще одна маленькая путевая часовня находилась прямо у дороги на пожарном ручье и представляла собой кирпичный столбик с жестяной крышкой и крестиком на ней. В углублении, сделанном в центре столба, была установлена икона. Около нее останавливались жители и путники для молитвы. Часовня просуществовала до 1930 года.

Сама же деревня до 1880 г. относилась к Кейкинскому церковному приходу, а после этого была переведена в состав Кракольского прихода. В деревне несколько раз в году проводился Крестный ход: 29 июня и 16 августа – по полям деревни, 2 июня и 27 сентября – в память крупных пожаров. Сельские праздники деревни приходились на 29 июня и 8 сентября. Вкладом в местных помещиков в обустройство Кракольского храма стали священные сосуды, напрестольный крест и евангелие, пожертвованные уже упоминавшейся госпожой Рейхардт.

Рядом с Никольским храмом находится весьма впечатляющее деревянное здание, даже в своем полуразрушенном виде выглядящее довольно импозантно. Это — Дом офицерского состава (ДОС), дошедший до наших дней как еще одно напоминание «военной карьеры» Большого Куземкино. Оно было построено в 1951 г. на окраине деревни для располагавшейся воинской части. После отъезда военных его стали использовать под общежитие. Последние жители покинули его в начале 2000-х, после чего оно стало разрушаться.

Дом офицерского состава (ДОС). Большое Куземкино.

Куземкинский Дом офицерского состава — одно из напоминаний «военной» карьеры деревни

И, конечно же, непременной составляющей поездки является осмотр кирхи Святого Андрея — живого напоминания того, что деревня некогда служила центром лютеранского прихода «Косемкина», охватывавшего фактически весь Кургальский полуостров.

Кирха Святого Андрея. Большое Куземкино.

Кирха Святого Андрея — главная достопримечательность деревни

Полюбовавшись кирхой, ненадолго остановимся для еще одного небольшого исторического экскурса. Благо и место для этого под стать: некогда площадь перед кирхой считалась центральной для деревни.

Вторая половина 19 века ознаменовалась в России проведением реформ, существенным образом сказавшихся на повседневном укладе не только горожан, но и деревенских жителей. Вихрь исторических событий добрался и до левого берега Луги. В 1861 году была организована Наровская волость. Поначалу центром волости планировалось сделать Куземкино, однако для этого не нашлось подходящего помещения. Пришлось волостной центр разместить в старинной деревне Венкуль на Россони. А в 1864 году в стране была проведена Земская реформа, результатом которой стало появление губернских и уездных земских собраний и управ.

Большое Куземкино

Речная панорама деревни Большое Куземкино. Фото из велоэкспедиция Самули Паулахарью летом 1911 года. Источник: https://fotki.yandex.ru/next/users/humus777/album/532868/view/1837041

С переводом волостной конторы из Венкуля в Куземкино в 70-е годы жизнь в деревне стала бить ключом. Именно на центральной площади возле церкви по соседству с народным домом и волостной конторой (здания стояли по обеим сторонам дороги, ведущим к современным двухэтажным домам) часто собирали сходы с представителями властей. Здесь власти чинили суд и расправу над провинившимися крестьянами. При Наровской волости, издавна прославившейся своей неблагонадежностью, бунтарством, постоянно присутствовали кроме штатного урядника еще с десяток конных стражников. Надо отметить, что жители Куземкино «охотно» принимали активное участие в волостных бунтах. Власти пытались воздействовать силовыми методами: побоями, заключением в острог, а то и вовсе высылкой в Сибирь. Однако местные крестьяне от этого покладистее не становились. Отчасти такое положение вещей сложилось потому, что жители нижнелужских деревень  имели весьма ограниченный надел земли (примерно по 3 десятины на душу), чего  было недостаточно для содержания семьи. Те, кто работал на уже упоминавшихся заводах Байкова и в Струпово, влезали в долги. Отчасти спасением служило развитие ремесленного дела: в нижнелужских деревнях было развито изготовление лодок, кладка печей, пошив меховых шапок и сапог.

К 80-м годам  на площади около кирхи, сформировался центр деревни.  Помимо храма, волостной конторы, дома священника и хозяйственных церковных построек недалеко от церкви стояла принадлежавшая приходу ветряная мельница.

Большое Куземкино.

Так выглядела центральная площадь деревни. Помимо кирхи здсь размещались народный дом, пасторат и приходская ветряная мельница. Из фондов Куземкинского краеведческого Музея.

Начало 80-х годов ознаменовалось открытием в деревне земского одноклассного училища, где обучались дети и из ближайших деревень. Специально для этих целей был построен дом. Попечителем Куземкинской школы стали местный землевладелец Иван Власович Байков и ямбургский купец Алексей Алексеевич Кочнев, материальными и денежными пособиями коих была произведена постройка школы. Впоследствии число школ в деревне возросло до двух. В 1909 году в них обучалось в общей сложности около 100 ребятишек.

Настоящим бичом Куземкино стали периодически возникавшие сильные пожары (1880, 1887, 1897 г.г.). Как уже отмечалось выше, они привели к переселению части крестьянских домохозяйств на новые места, вдоль Луги. Для защиты оставшихся жителей от стихии было организовано пожарное депо с каланчей на крыше. При нем имелась и пожарная помпа.

Большое Куземкино. Пожарное депо

Здание пожарного депо. 1955 г.

В 1892 году в деревне по рекомендации духовенства была открыта изба-читальня, пользовавшаяся большой популярностью среди местных жителей. Тем самым были заложены библиотечные традиции, прошедшие сквозь горнило бурных событий двадцатого века и сохранившиеся до сих пор. А в 1897 г. при Наровском волостном правлении в деревне была открыта библиотека-читальня общества крестьян Наровской волости по инициативе земского начальника I участка Ямбургского уезда Константина Константиновича Веймарна (учредитель – волостной сход) в Народном доме – первая народная библиотека на территории волости. В 1906 г. была открыта платная Куземкинская общественная библиотека ямбургским уездным земством. Помимо этого существовала библиотека при лютеранской кирхе, благодаря которой  финны Наровской волости умели читать на родном языке. Судьба этой библиотеки оказалась трагичной: в 30-е г.г. вместе с роспуском прихода библиотека финской литературы была уничтожена.

Кирха Святого Андрея в деревне Большое Куземкино

Именно в кирхе располагалась позднее уничтоженная библиотека финской литературы. Из фондов Куземкинского краеведческого Музея.

По мере возможности книги приобретались и в школы. Имеются сведения, что «согласно разрешению Уездного Земского Собрания на средства Уездного Земства приобретено в отчетном году, при посредстве Члена училищного Совета С. А. Гвоздева, 5 небольших библиотек, в количестве 105 книг в каждой, в нижеследующие школы: Куземкинскую, Вассакарскую, Керстовскую, Ильешскую, и Слепинскую. По сведениям, полученным от учителей, заведующих библиотеками, оказывается, что книги охотно берутся для чтения местным населением, как учащимися, так и взрослыми обоего пола и преимущественно духовного и исторического содержания, а также из быта военных рассказов. Книги же о природе, сельском хозяйстве, о новых изобретениях читаются менее». (1894-1895)

К началу 20 века Большое Куземкино считалось одной из самых крупных и развитых ижорских деревень Ямбургского уезда. Помимо школы в деревне находилась почта и телефонная связь. К услугам местных жителей были и небольшие лавки где среди прочего торговали спиртным.

Большое Куземкино.

Большое Куземкино в начале 20-го века. Вид с куземкинской кирхи. Из фондов Куземкинского краеведческого Музея.

Отдельно стоит сказать о деятельности Ямбургского уездного комитета, направленной на предоставление населению возможности проводить свободное время вне питейных заведений. Эта деятельность состояла в содержании и устройстве народных чайно-столовых, библиотек, народных чтений, оркестров, спектаклей, книжного склада и в оказании содействия и материального пособия другим учреждениям, преследующим однородные с Комитетом цели. В Куземкино чайная помещалась в отдельном доме, состоящем из трех комнат, из которых одна предназначалась для ночевки путников, во дворе был устроен навес для лошадей. Чайные также были популярны среди местных жителей ( «Захаркин дом» №35).

Отдельной строкой в земском бюджете проходили суммы, выделявшиеся в качестве помощи беднейшим жителям Ямбургского уезда, не имевшим возможность, по независящим от них причинам, своим трудом зарабатывать себе на пропитание, а также сиротам, оставшимся после смерти родителей без всякого попечения. Такое пособие нуждающимся в призрении вне благотворительных заведений составляло в среднем 12-24 рубля в год, а среди его получателей, в частности, числились:

Ахонен Анна, д. Струпово

Иванов Владимир, д. Куземкино

Мякинин Михаил, д. Струпово

Самсонова Наталья, д. Б. Куземкино

Яковлева Ольга, д. Ропша

Марфа Самсонова, д. Куземкино

Аграфена Акимова, д. Куземкино

Степанов Михаил, д. Ропши

Андреева Мария, д. Струпово

Свои традиции сложились в Куземкино и в части медицинского обслуживания. Еще в 80-е годы 19 века в Куземкино был учрежден фельдшерский пункт с постоянным проживанием фельдшера. Впоследствии он был приписан к Нарвскому медицинскому участку, откуда раз в месяц в  деревню приезжал врач. Фельдшерский пункт был весьма востребован жителями Куземкино и окрестных деревень. В частности, в 1903 г. он обслужил 6 469 больных (из них 1 800 – повторных визитов). А по числу же принятых больных занял второе место после Сойкинского. Одной из важнейших задач пункта стало оспопрививание: по итогам того же года фельдшер Петров по Кейкинскому и Куземкинскому лютеранскому приходам обслужил более 250 человек. (1903). Согласно Памятной книжке СПБ Губернии 1905 г. прием в Куземкинском пункт вел врач А.Я. Декелин.

Впоследствии на смену фельдшерскому пункту пришла амбулатория, строительство которой произошло за счет земской ссуды. Она была построена в лесу на окраине деревни в виде двухэтажного здания и просуществовала до 1933 года.

Сегодня Большое Куземкино является одним из центров расселения нижнелужской группы ижор, о чем не преминут напомнить путешественникам в местной библиотеке, где собран внушительный исследовательский материал по истории окрестных мест. Увы, настоящих ижорских домов, равно как и носителей языка в этих краях остается все меньше…

Большое Куземкино

В некоторых домах все еще читаются фрагменты валунной кладки, столько характерной для этих мест…

Большое Куземкино

Тем, кто еще не устал от поездки, в качестве завершающего приза можно порекомендовать отыскать ДОТ № 114 — последнюю  из не охваченных нами сохранившихся огневых точек «Поста № 20». Находится он на окраине деревни среди построек частного сектора на границе с лесом и весьма неплохо замаскирован от любопытных глаз.

ДОТ №114. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

ДОТ №114 — еще один мастер маскировки — расположился на окраине деревни среди построек частного сектора.

ДОТ №114. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Даже верхняя часть ДОТа плохо просматривается из-за укоренившихся растений

ДОТ №114. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Вход в огневую точку

ДОТ №114. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Отсюда хорошо виден вход в каземат и пристройка

ДОТ №114. Пост №20. Усть-Лужская укрепленная позиция.

Особо любопытные путешественники могут попробовать забраться внутрь…

Только теперь, осмотрев все запланированные достопримечательности, мы с «чистой совестью» возвращаемся к зданию местной администрации, где и нас дожидается припаркованный автомобиль…

Вот и завершилось наше увлекательное путешествие по куземкинским окрестностям! Мы смогли не только полюбоваться удивительной природой, но и узнать немало интересного о нижнелужском левобережье. Вспоминая нашу поездку, лишний раз удивляешься, насколько многогранной и насыщенной может быть история края! В этом плане Нижнелужье наряду с примыкающим Кургальским полуостровом могут считаться одним из самых интересных мест Ленинградской области. Здесь каждый найдет для себя что-то интересное, будь то вереница военно-фортификационных сооружений или разрушенные дворянские имения, удивительная природа Кургальского заказника или свободолюбивый дух коренных жителей…

Неудивительно, что в  такие места хочется приезжать снова и снова.

P.S. При написании статей были использованы следующие материалы:

Материалы Российского государственного исторического архива:

(Ведомость выданных ссуд на выкуп в Ямбургском уезде; Списки выкупных сделок и селений бывших помещичьих крестьян, коим назначено добавочное понижение выкупных платежей по высочайшему указу 28.12.1881).

Статистическое Описание Ямбургского уезда. Александр де ла Гарде.1840 г.

О пятинах и погостах новгородских в 16 веке. К.А. Неволин.

Отчеты Ямбургской земской управы. 1870-1914 г.г.

Фабрики и заводы СПБ Губернии в 1866 году.

Историко-статистические сведения Санкт-Петербургской епархии». 1885 г.

Материалы к оценке земель. Ямбургский уезд. Выпуски 1,2. 1904 г.

Статистика народного хозяйства. Ямбургский уезд. 1888 г.

Страницы Кузёмкинской летописи. В. А. Пилли. 2014 г.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *