Кампергольм: памяти павших в Северной войне

Путешествуя вдоль Наровы, можно узнать, как много славных страниц русской истории скрывают ее лесистые берега. Ничего удивительного в этом нет: ради борьбы за Нарвский рубеж русский народ пожертвовал множеством жизней наших предков: слишком важна была его роль для страны. И сегодня, после долгих лет забвения, память об этих событиях увековечена на берегах Наровы.

Одно из таких памятных мест расположено в нескольких километрах северу от Ивангорода – русской твердыни на Нарвском рубеже. К нему можно добраться, свернув с главной дороги на одно из многочисленных лесных дорожек, уводящей нас к берегу реки.

Небольшой спуск вниз, поворот направо, деревья расступаются, и перед нами предстает небольшая открытая поляна. Справа стоит небольшая деревянная часовенка, а слева, напротив нее, почти у самого берега Наровы – памятный крест. Эти скромные сооружения напоминают нам об одной из важнейших страниц нашей истории – окончательном утверждении России на балтийских берегах…

Необходимость выхода России к Балтийскому морю красной нитью проходила сквозь политику русских государственных деятелей на протяжении столетий, начиная со времен борьбы новгородцев с ливонцами и шведами. Долгие годы эта борьба шла с переменным успехом: уж очень многие соседи не желали предоставлять России свободный доступ к Балтике. И в первую очередь, «заклятый сосед» – Швеция, рассматривавшая Балтику как свое внутреннее море. Но не таков был русский характер, чтобы мириться с доминированием чужой воли.

Важность утверждения на балтийских берегах прекрасно понимал и Петр Первый. Эта задача была настолько важна, что царь приложил все усилия для скорейшего заключения мира с Турцией, с которой тогда шли военные действия, и явился со своей армией в Ингерманландию, бывшую тогда шведской территорией.

Но на пути к выполнению этой миссии требовалось установить контроль над ключевыми шведскими крепостями. И, прежде всего, необходимо было завладеть Нарвой, из-за которой и прежде было пролито немало русской крови, и которую шведы, отвоевав у Ивана Грозного, упорно удерживали за собою.

Прибыв к Нарове, Петр избрал себе местом стоянки небольшой остров, у пильной мельницы, примыкавший к восточному берегу – Кампергольм (да, да, тогда Кампергольм действительно был островом!). Здесь же, для переправы войска на противоположный берег был сооружен мост. Хотя река в этом месте была достаточно широкой, но с обеих сторон имелись отмели, способствовавшие сооружению плавучего моста.

Русская армия насчитывала около 35 тысяч солдат и офицеров, большинство из которых были новобранцы, за исключением двух гвардейских полков Семеновского и Преображенского; офицерский состав был представлен в основном иностранцами. Русские войска окружили Нарву и Ивангород десятикилометровым кольцом и по построенному мосту начали переправлять войска для осады Нарвы.

Шведская армия, во главе с Карлом XII была обучена, имела опыт боевых сражений, и численность её под Нарвой составляла по разным оценкам от 8 000 до 25 000 человек. Как видно, русское войско превосходило шведов по численности, но было куда менее профессионально. Вдобавок ко всему накануне битвы при Нарве вместе с Петром Первым из армии отбыл генерал-фельдмаршал Фёдор Алексеевич Головин, оставив командование герцогу де Круа. В итоге сомнительная роль иностранных офицеров в российской армии и сыграла свою решающую роль.

Отсутствие во время битвы Федора Алексеевича Головина стало одной из причин «Нарвской конфузии»

Сражение состоялось 19 ноября 1700 года. Главный удар шведской армии был направлен на правый флаг (как раз в районе острова). Высшее командование во главе с генералом Де Круа сдалось врагу, в русской армии началась паника. Построенная переправа оборвалась, не выдержав тяжести и суматохи. Неуправляемый людской поток хлынул к плавучему мосту, тот не выдержал огромной людской массы, обрушился. “Нет никакого удовольствия биться с русскими, потому что не сопротивляются как другие, а бегут, если бы Нарова была покрыта льдом, то нам едва ли удалось убить хоть одного человека. Лучшее зрелище было, когда русские взбежали на мост, и мост под ними подломился: повсюду повысовывались из воды головы, людские и конские руки и ноги — наши солдаты стреляли их как диких уток”, — высказался Карл XII на сей счет. Кроме того, около тысячи всадников князя Шереметьева не смогли переправиться на другой берег и утонули в водах Наровы. Героически сражались два гвардейских полка, отбивая атаки противника. Потери были столь чувствительными, что положили начало традиции ношения гвардейцами красных чулок (в остальной армии они были белыми) в знак того, что сражаться приходилось по колено в крови… Сражение продолжалось 3 дня и закончилось капитуляцией русской армии, и как следствие, утратой выхода России к Балтийскому морю.

Суровые воды Наровы окрасились в красный цвет от крови русских воинов

Потери с русской стороны исчислялись примерно в восемь тысяч человек (против трех тысяч шведских), почти полностью была утрачена артиллерия. Но что самое важное – на неопределенный срок было отложено выполнение главной цели: выйти к Балтийскому морю. Первая попытка закончилась «Нарвской конфузией».

Но прошло всего четыре года. Русские вернулись. И снова воды Наровы стали свидетелями битвы титанов. И вновь командный пункт находился на Кампергольме.

Но за эти четыре года многое изменилось. За столь короткое время усилиями Петра был пройден огромный путь. В боях со шведами приобретала опыт армия и военачальники, закладывались города, рождался флот, появлялись новые производства. Шведское же «головокружение от успехов» не позволило хладнокровно оценить изменение обстановки и приближение опасности. Пришел черед «дураков наставлять нос умным». На этот раз военная кампания была продумана куда тщательнее, начиная от вопросов армейского снабжения и заканчивая проведением хитрых военных маневров.

Ничего удивительного, что «Нарвская конфузия» сменилась «шведской»: Нарву удалось взять за 45 минут после основательно артиллерийского обстрела. Ивангородская крепость сдалась неделей позже. Так, соседи содрогнулись от могучей поступи России, пробивавшей себе «окно в Европу». Победа под Нарвой положила начало выхода России к Балтийскому морю, существенно расширила ее возможности в сфере развития свободной международной торговли. Но она была бы невозможна без печального опыта четырьмя годами ранее. Поражение под Нарвой в 1700 году стало матерью победы в 1704 г.

В честь солдат, героически сражавшихся в битве за Нарву, установлены памятные кресты на обоих берегах Наровы, а на восточном берегу напротив креста поставлена небольшая часовня в традиционном русском стиле, названная именем святого великомученика Феодора Стратилата — небесного покровителя православного воинства, а также военачальника, дипломата и государственного деятеля графа Головина. Ежегодно на обоих берегах проходят панихиды, посвященные памяти павших русских солдат в Северной войне.

Феодор Стратилат. Рукописная икона

Сегодня Кампергольм — это просто часть берега Наровы; протока, некогда отделявшая правый берег от материка, обмелела и заросла растительностью. Однако в нашей памяти этот топоним сохранится навсегда как место, где отдали свои жизни тысячи русских солдат и офицеров. Место, где Россия предприняла первую попытку выйти к Балтийскому морю. Место, где петровские «потешные полки» превратились в грозную силу, наводящую ужас на врагов. Место, где Россия подала первую весомую заявку на обретение статуса великой державы.

Пограничный столб №654 на Кампергольме словно символ эстафеты, полученной от павших в Северной войне

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *