IMG 4827

Эстонская Ингерманландия (Viron Inkeri). Венекюля (Väikylä): торговый и пограничный форпост

Продолжаем обследовать территорию исторической области — Эстонская Ингерманландия (Viron Inkeri).

Если ехать по грунтовой дороге от Ивангорода вдоль Нарвы, то первым предвестником возвращения к цивилизации будет указатель «Венекюля». Деревня находится практически в месте впадения Россони в Нарву, являясь, таким образом, одним из главных пограничных пунктов России, а в прошлом — ближайшей к Эстонии деревней.

Венекюля
Первоначально деревня называлась «Наровский берег», предполагается, что ее основали новгородцы. В русских летописях деревня упоминается в 1384г., но в немецких хрониках 1380 г. уже упоминается «Руссише дорф» («Русская деревня»).

Происхождение названия имеет различные варианты. Эстонцы и финны говорят, что Вяйкюль состоит из двух слов – «вяй» (вааг, т.е. – безмен, весы) и «кюля» (деревня), т.е. «Весовая деревня». Они говорят, что Венкуль – это видоизменение от Вянкюль, как деревню всегда называли финны, ижорцы и эстонцы. В деревне всегда проходил торг между русскими и иностранными купцами во времена Новгородской республики. Есть и другие варианты толкования слова «венкуль»: «веняляйн» – русский и «кюля» – деревня; второе – «вене» (лодка) и «кюля» (деревня). «Русская деревня», «лодочная деревня», «торговая деревня», «народная деревня» — можно выбрать любое, на свой вкус…

Заканчивая тему происхождения названия, сошлемся на оброчную книгу Шелонской пятины 1498г. В ней записано, что «на самом берегу Ивангородского уезда, там, где воды Наровы и Россони соединяясь, вливаются в море, существует русское «село Наровское» — левый берег Наровы…». В оброчной книге Ивангородского окологородья за 1571г. – также — село Норовское. Такое же название село имело согласно записям шведского времени 1619-22 гг. В данных переписи, проведенной в 1732 году, записано: «…деревня Вянкюли (Наровское)». Екатерина II подарила несколько деревень своей придворной даме Д. Греве. В их число вошли: «…мыза Наровская с деревнями Наровской, Сарккюли и Карстали». По метрическим книгам за 1832 г. значится деревня Наровская, а в 1861 г. в составе Ямбургского уезда значится «Выползовской волости, Фитинского сельского общества деревня Венкуль» (производное от Венекюля – русская деревня). Название Венкуль деревня носила до 1936г. В этом году эстонское правительство переименовало ее в д. Вяйкюла. Местные ижоры и финны так называли ее всегда. С 1944 по 1997 гг. деревня носила название Венкуль. С 1997 г. деревня называется Венекюля.

В силу своего местоположения Венекюля долгое время играла важную роль в товарообмене на реке Россонь. По-видимому, на этих берегах в 1557 году (задолго до основания Санкт-Петербурга) был создан российский порт на Балтийском море. Деревня была поделена между купцами, которые строили там складские помещения и жилые дома. У моста через реку Россонь находилась широкая складская площадь.

река Россонь

Живописное и извилистое русло реки Россонь

После победы Петра I в Северной войне земли, на которых находилась деревня, отошли России. Во второй половине XVIII века Екатерина II продала их княгине Екатерине Дашковой. В деревню переселялось все больше русских, и ее стали называть Венкуль или Венекюла. Коренные жители деревни ингерманландцы чтили свои народные песни и носили национальную одежду как на праздниках, так и дома, занимаясь домашними работами. Помимо традиционного занятия – рыболовства — ингерманландцы стали развивать молочное стадо и выращивать овощи. Ингерманландские продукты — масло и творог, а также ранний картофель – впоследствии высоко ценились среди отдыхающих соседних курортов.

Для других древнейших коренных жителей – ижора — переход Венекюля под юрисдикцию Эстонии в 20 в. принципиально ничего не изменил. Они бережно хранили свой древний язык, песни и обычаи, пришедшие из глубины столетий. Однако называли себя «русскими людьми» и владели русским языком не хуже, чем языком предков. Русский язык был для них языком высокой культуры– литературы, песни, театра. В библиотеке народного дома большой популярностью пользовались книги русских классиков и советских писателей. Несмотря на недовольство эстонских чиновников, местная община приобретала для школьной библиотеки собрания сочинений советских писателей. Понятия«русское» и«советское» причудливо переплетались в сознании жителей. Этому способствовало сильное отчуждение ижор в отношении независимой Эстонии. Одной из главных причин было плохое знание эстонского языка, ограничивающее возможность трудоустройства, участия в общественной и политической жизни страны.

Душой села было Общество русской культуры «Заря», готовившее театральные постановки, приобретавшее книги, поддерживающее работу хора. Огромным праздником для хора стало участи в фестивале русской песни, прошедшем в1932 в Нарве. В нем приняли участие русские коллективы из Финляндии, Эстонии, Латвии. Приветствие участникам прислал живший тогда во Франции Федор Шаляпин…

В деревне жили крепкие хозяева, занимавшиеся, кроме традиционного крестьянского труда, ловлей рыбы, торговлей лесом. У некоторых сыновья учились на судовых механиков и штурманов, ходили на эстонских торговых судах во все уголки земного шара. Бедняков в привычном для нас понимании в деревне не было. Большие просторные дома отличались в лучшую сторону от низких дореволюционных изб на другом, советском, берегу пограничной реки Россони. Молочные продукты, зелень и ягоды с удовольствием покупали на другом берегу Наровы, где располагался популярный курорт Нарва-Йыэсуу (Усть-Нарва). Был у селян и свой депутат в эстонском парламенте, русский по национальности, нередко встречавшийся с жителями деревни. Словом, несмотря на многие неурядицы, жизнь в деревне была вполне приемлемой. Работала шестиклассная школа, был певческий хор, библиотека, спортивный и драматический кружки. Но война и присоединение Эстонии к Советскому Союзу многое изменили…

Часть жителей во время Зимней войны ушли в Финляндию, чтобы добровольцами вступить в финскую армию. Не оправдались надежды людей на расцвет края после присоединения Эстонии к СССР. Более того, были ликвидированы все общественные организации, действовавшие в независимой Эстонии, репрессированы почти все учителя. События между Зимней и Великой отечественной войнами де-факто означала конец истории самобытного края…

После войны надежды на возрождение деревни вспыхнули с новой силой. Они были связаны с молодежью, прошедшей войну в рядах Эстонского стрелкового корпуса Красной Армии. Однако детей в новой школе было очень немного. Люди уезжали в Ленинград или в расположенную поблизости Нарву. И в1964 году школа закрылась, когда в ней остался всего один ученик. Нет детей – нет будущего…

Заканчивая рассказ о Венекюля, отметим, что неподалеку возвышается песчаный холм, получивший название Чертовой Горы. Местное население, ижоры, называли гору «Куратын-маки» (по-эстонски значит «Чертова Гора»). Есть предположение, что название произошло от ижорского «курахтамма» – «ворчать» (путники в этой местности всегда слышали звериный рык, ворчание, непонятно, правда, чье). Эту гору назвали по богачу, который разъезжал здесь в золотой карете. Легенда гласит, что его богатство росло с каждым годом. Но однажды его увидели на вершине горы с рогами и хвостом. Богач был не кто иной, как черт, который жил среди обычных людей в мужском обличье. Увидев, что он разоблачен, черт исчез в недрах горы. После того в середине горы осталась впадина…

Есть что-то символичное в этой легенде. Вихрь истории давно унес с собой времена процветания Венекюля. Сейчас в деревне практически не осталось постоянных жителей, а оставшиеся дома трансформировались в дачи, принадлежащие потомкам былых жителей деревни, живущим большей частью в Нарве, и горожанам…

Комментариев: 4

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *